Да и в целом весь пул секретарей партии — молодцы: каждый из них четко держит свой участок фронта, обеспечивая слаженную работу всей центральной структуры.
Разумеется, в рамках одного обзора невозможно охватить всё — это лишь ключевые акценты. В реальности у Amanat запущены тысячи разноплановых проектов, а её актив — это огромная армия ярких лиц и сильных кадров по всей стране. Перечислять каждого в одном посте просто нет смысла. Но если кто-то думает иначе и считает, что его заслуги незаслуженно обошли вниманием — велкам, я готов дополнить список…
Инфраструктурный монолит и аппаратный клинч с акиматами
В чем Amanat по-прежнему нет равных — это её колоссальная инфраструктура. Партия настолько сильна «на земле», что во многих регионах областные управления (включая внутреннюю политику) и районные структуры де-факто арендуют помещения в знаменитых белых зданиях филиалов Amanat. Это наглядный маркер реального масштаба организации.
Но за этим фасадом скрывается глубокое институциональное противоречие. Согласно конституционным реформам, Президент, акимы областей и городов больше не возглавляют филиалы партии. С одной стороны, это важнейший шаг для равноудаленности институтов власти. С другой — в регионах возник системный перекос. Местные исполнительные органы зачастую начали дистанцироваться от партийной повестки. Акимы на местах нередко чувствуют себя автономными, не всегда считаются с партийными филиалами, из-за чего партийным структурам в регионах приходится работать с оглядкой на исполнительную власть.
Но давайте включим классическую политическую логику. Как уже было сказано, Amanat обладает большинством в Мажилисе. Именно парламентское большинство выдвигает и согласовывает кандидатуру Премьер-министра. А значит, глава Кабмина — это аманатовский кадр. Следовательно, и вся исполнительная вертикаль (министры и акимы) — это его команда, которая должна формироваться партией и отвечать перед ней, как это происходит в развитых странах Запада и США.
Более того, именно Amanat генерирует главные смыслы социально-экономической политики страны. Посмотрите на мегапроекты вроде «Ауыл аманаты» (куда вливаются огромные средства на льготное кредитование села) или комиссию «Жер аманаты», которая возвращает миллионы гектаров неиспользуемых земель в госсобственность. Это ключевые государственные программы, которые пишутся в партийных кабинетах. И исполнительная власть на местах обязана быть лишь эффективным инструментом реализации этой партийной воли. Партии пора переходить от роли координатора к роли реального политического контролера над госаппаратом на местах.
Уроки реформы-2023: математика потерь
При этом партии необходимо учесть жесткие уроки прошлых выборов. Из-за внедрения смешанной системы в 2023 году (когда в Мажилисе появилась квота одномандатников, а районные маслихаты перешли на 100% одномандатную систему, областные — 50/50), Amanat потеряла огромное количество своих гарантированных мандатов по партийным спискам. Это автоматически ударило и по объемам государственного финансирования (бюджетной квоты), выделяемого партии, и размыло её представительство среди депутатов всех уровней и выборных сельских акимов.
На предстоящих выборах в Курултай в августе, которые пройдут исключительно по партийным спискам, у Amanat есть исторический шанс вернуть утерянные позиции. Но для этого штабам нужно полностью перестроить работу: уйти от скучной бюрократии и доказать избирателю, что партия под руководством сильного тандема готова жестко спрашивать с исполнительной власти за каждый аул и каждый район.
А как вы считаете, должна ли партия большинства жестче контролировать местных акимов? Ждем ли мы слияния на съезде?