romanlaw

Дело № 74: сроки содержания под стражей

Дело рассматривалось по двум обращениям. В первом случае подсудимый в связи с совершением тяжкого преступления содержался под стражей шесть месяцев (общий срок содержания под стражей, который может быть продлен до 12 месяцев по тяжким преступлениям). Уже после того как срок истек судья продлил его. Соответствующие статьи Уголовно-процессуального кодекса (УПК) позволяли судье сделать продление не до, а после истечения срока.

Во втором случае подсудимый также находился под стражей в связи с совершением тяжкого преступления. Но за день до истечения срока содержания (12 месяцев) суд вынес решение об изменении меры пресечения на домашний арест. При этом суд установил для подсудимого определенные ограничения и обязанности и разъяснил, что в случае их нарушения он вернется под стражу.

Оба гражданина посчитали, что оспариваемые ими нормы УПК допускают возможность содержания под стражей после истечения установленного законом срока, что противоречит Конституции и обратились в Конституционный Суд (КС).

КС напомнил о значимости конституционных положений о праве на личную свободу и о целях применения мер пресечения, важности соблюдения конституционных принципов в уголовном судопроизводстве. Исходя из этих принципов решение вопроса о продлении срока содержания под стражей должно быть процессуально оформлено до истечения срока. В то время как оспариваемая редакция статьи УПК в противоречие с конституционными принципами давала суду основания понимать ее так, что срок может продлеватьcя тогда, когда он истек, а не до его окончания.

Что касается «возврата» с домашнего ареста под стражу, КС указал, что предусмотренный УПК 12-месячный срок содержания под стражей в случае совершения тяжкого преступления является предельно допустимым. Толкование судом норм УПК, как предоставляющих возможность повторного заключения подсудимого под стражу, противоречит Конституции. Нарушение подсудимым ограничений и обязанностей не может служить основанием для содержания его под стражей сверх срока, установленного УПК.

В итоге одна норма была признана неконституционной в части слов «по истечении срока» (РП: которая позволяла продлевать срок содержания под стражей после его истечения). Другие нормы были признаны соответствующими Конституции в таком истолковании, что нарушение подсудимым ограничений и обязанностей в связи с домашним арестом не может служить основанием для повторного содержания под стражей после истечения 12 месячного срока по одному и тому же уголовному делу.

НПКС № 85-НП от 10.06.2026 г.

Дело № 73: увольнение работника квазигосударственного сектора за совершение коррупционного преступления

Работник квазигосударственного сектора (машинист электровоза) совершил коррупционное преступление за что был оштрафован. Он также был пожизненно лишен права занимать должности на государственной службе, в государственных организациях, субъектах квазигосударственного сектора и в некоторых других структурах. С ним был расторгнут трудовой договор, поскольку соответствующая статья Трудового кодекса (ТК) говорит о том, что в случае совершения коррупционного преступления трудовой договор подлежит расторжению по инициативе работодателя в обязательном порядке.

Иск к работодателю об отмене приказа о расторжении договора не был удовлетворен. Гражданин обратился в Конституционный Суд (КС) полагая, что статья ТК об обязательном расторжении договора нарушает его конституционные права на свободу труда, свободный выбор рода деятельности и профессии.

КС отметил важность конституционных положений о свободе труда, но и важность реагирования на коррупционные риски. Он упомянул ранее вынесенное нормативное постановление КС, в котором рассматривались похожие вопросы и из которого следует, что ограничение права на свободу труда не может распространяться на лиц, чьи трудовые функции не связаны с необходимостью такого ограничения.

КС далее указал, что распространение оспариваемой нормы на всех работников квазигосударственного сектора без учета их трудовой функции приводит к несоразмерному ограничению права на труд. Иными словами, ограничения объяснимые в случае с теми, кто выполняет государственные функции (читай: к кому предъявляются повышенные антикоррупционные требования, и чья деятельность непосредственно влияет на доверие к государственным институтам) не могут в такой же мере распространяться на всех работников

КС также привел в пример норму Уголовного кодекса (УК) в соответствии с которой пожизненный запрет на занятие определенных должностей распространяется только на лиц, приравненных к лицам, уполномоченным на выполнение государственных функций. К иным работникам, например, к представителям рабочих профессий такой запрет не применим.

Рассматривая оспариваемую норму ТК во взаимосвязи с нормами УК и законодательства о противодействии коррупции КС признал ее соответствующей Конституции в следующем истолковании: обязательное расторжение трудового договора по инициативе работодателя за совершение работником квазигосударственного сектора коррупционного преступления применимо только в отношении лиц, приравненных к лицам, уполномоченным на выполнение государственных функций.

НПКС № 84-НП от 9.06.2026 г.

Дело № 72: отключение связи и Интернета

Гражданин обратился в суд с иском к Казтелекому и Кар-Телу о нарушении прав потребителя в связи с отсутствием услуг связи во время январских событий 2022 года в Алматы. Суды в иске отказали, ссылаясь на статью Закона о связи.

Эта статья позволяет органам национальной безопасности в случаях, не терпящих отлагательств и могущих привести к совершению тяжких и особо тяжких преступлений, а также преступлений, подготавливаемых и совершаемых преступной группой приостанавливать работу сетей и (или) средств связи, оказание услуг связи, доступ к интернет-ресурсам.

Гражданин посчитал, что данная норма нарушает целый ряд конституционных положений (о приоритете международных договоров, праве на судебную защиту, свободе слова и доступе к информации и др.) и обратился в Конституционный Суд (КС).

КС отметил, что право на получение и распространение информации может быть ограничено в соответствии с Конституцией и международно-правовыми актами. КС посчитал что условия ограничений соблюдены: а) они установлены законом, б) преследуют конституционно значимые цели (защита конституционного строя, охрана общественного порядка, прав и свобод человека, здоровья и нравственности населения и в) являются необходимыми и соразмерными, поскольку обусловлены потребностью защиты жизненно важных интересов в условиях серьезных угроз.

По мнению КС эта норма не об ограничениях права на получение и распространение информации, а о правовом механизме реализации обязанности государства по обеспечению конституционно значимых целей (см.выше). Норма носит превентивный, а не карательный характер.

Вместе с тем КС указал на проблемы с правовой определенностью и соразмерностью. В частности

неоднозначность в понимании угрозы как основания для введения ограничений (реальная, конкретная или потенциальная, абстрактная)

оценочные понятия («могущих привести к совершению тяжких и особо тяжких преступлений», «случаи, не терпящие отлагательств»), которые не позволяют точно определить когда именно может быть применено ограничение

отсутствие указание на временный характер действия нормы, что способно привести к несоразмерному применению ограничительных мер.

КС специально отметил, что наличие специальных полномочий у органов национальной безопасности не исключает возможности последующей судебной оценки правомерности их реализации, включая проверку необходимости и соразмерности вводимых ограничений.

В итоге норма была признана соответствующей Конституции.

НПКС № 82-НП от 9.06.2026 г.

Дело № 72: отключение связи и Интернета

Гражданин обратился в суд с иском к Казтелекому и Кар-Телу о нарушении прав потребителя в связи с отсутствием услуг связи во время январских событий 2022 года в Алматы. Суды в иске отказали, ссылаясь на статью Закона о связи. Эта статья позволяет органам национальной безопасности в случаях, не терпящих отлагательств и могущих привести к совершению тяжких и особо тяжких преступлений, а также преступлений, подготавливаемых и совершаемых преступной группой приостанавливать работу сетей и (или) средств связи, оказание услуг связи, доступ к интернет-ресурсам.

Гражданин посчитал, что данная норма нарушает целый ряд конституционных положений (о приоритете международных договоров, праве на судебную защиту, свободе слова и доступе к информации и др.) и обратился в Конституционный Суд (КС).

КС отметил, что право на получение и распространение информации может быть ограничено в соответствии с Конституцией и международно-правовыми актами. КС посчитал что условия ограничений соблюдены: а) они установлены законом, б) преследуют конституционно значимые цели (защита конституционного строя, охрана общественного порядка, прав и свобод человека, здоровья и нравственности населения и в) являются необходимыми и соразмерными, поскольку обусловлены потребностью защиты жизненно важных интересов в условиях серьезных угроз.

По мнению КС эта норма не об ограничениях права на получение и распространение информации, а о правовом механизме реализации обязанности государства по обеспечению конституционно значимых целей (см.выше). Норма носит превентивный, а не карательный характер.

Вместе с тем КС указал на проблемы с правовой определенностью и соразмерностью. В частности

неоднозначность в понимании угрозы как основания для введения ограничений (реальная, конкретная или потенциальная, абстрактная)

оценочные понятия («могущих привести к совершению тяжких и особо тяжких преступлений», «случаи, не терпящие отлагательств»), которые не позволяют точно определить когда именно может быть применено ограничение

отсутствие указание на временный характер действия нормы, что способно привести к несоразмерному применению ограничительных мер.

КС специально отметил, что наличие специальных полномочий у органов национальной безопасности не исключает возможности последующей судебной оценки правомерности их реализации, включая проверку необходимости и соразмерности вводимых ограничений.

В итоге норма была признана соответствующей Конституции.

НПКС № 82-НП от 9.06.2026 г.

Дело № 71: право на УДО

Гражданин, отбывающий наказание в местах лишения свободы, подал ходатайства об условно-досрочном освобождении (УДО) и замене наказания более мягким (ЗМН). Судами различных инстанций в удовлетворении ходатайств было отказано. Суды ссылались на пункт Нормативного постановления Верховного Суда (НПВС) в котором говорится, что фактическое отбытие осужденным, предусмотренного законом части срока наказания, не может служить безусловным основанием для УДО или ЗМН.

Гражданин посчитал, что этот пункт противоречит конституционным положениям о допустимости ограничения прав и свобод граждан, поскольку cодержит неоднозначное толкование. Судья наделяется чрезмерными дискреционными полномочиями по ограничению права осужденного на УДО и ЗМН. В связи с чем гражданин обратился в Конституционный Суд (КС).

КС пояснил, что оспариваемая норма НПВС во взаимосвязи с соответствующими положениями Уголовного кодекса направлена на разъяснение того, что сам по себе факт отбытия части установленного срока наказания является обязательным, но не единственным условием применения УДО или ЗМН.

Есть и другие условия: признание судом, что для исправления лицо не нуждается в полном отбывании наказания, возмещение ущерба, причиненного преступлением, отсутствие злостных нарушений порядка отбывания наказания.

НПВС разъясняет, когда осужденный подлежит УДО безусловно (если отбыт соответствующий срок, необходимый для УДО; нет злостных нарушений режима; возмещен ущерб), а когда суд самостоятельно решает вопрос об УДО, основываясь на оценке имеющихся материалов, по своему внутреннему убеждению (когда есть проблемы с соблюдением режима или возмещением ущерба).

Соответственно КС признал оспариваемое положение НПВС соответствующим Конституции

НПКС № 82-НП от 9.06.2026 г.

Дело № 70: срок исковой давности по трудовым спорам

Гражданин обратился в суд с иском к работодателю о взыскании заработной платы за сверхурочную работу за три года до увольнения, пени за несвоевременную выплату и возмещения за моральный вред. Суд взыскал оплату за сверхурочную работу и пеню только за 1 год основываясь на том, что годичный срок для обращения в суд по таким спорам предусмотрен нормой Трудового кодекса (ТК). Напомним, что в Гражданском кодексе (ГК) общий срок исковой давности составляет 3 года. Гражданин посчитал, что сокращенный срок (1 год вместо 3 лет) порождает дискриминацию и обратился в Конституционный Суд (КС).

КС обратил внимание, что установление специальных сроков для обращения в суд само по себе не образует дискриминации если имеются объективные и разумные обоснования для этого. В рассматриваемом случае ограничение срока обращения в суд и невозможность в связи с этим получить от работодателя заработанные деньги создает препятствия в доступе к правосудию для защиты имущественных трудовых прав и в реализации права на получение оплаты за выполненную работу.

КС указал, что срок обращения в суд и срок исковой давности это взаимосвязанные, но не тождественные правовые институты. Первый – о временной возможности подать иск в суд, второй – о периоде, на который распространяется защита прав от их нарушения. Установленный в законе годичный срок для обращения в суд не означает невозможности применения общего 3-х годичного срока исковой давности, предусмотренного ГК.

В итоге КС принял решение о том, что норму ТК следует толковать так, что предусмотренный ею годичный срок обращения в суд не препятствует реализации права на судебную защиту по требованиям о взыскании обязательных выплат, связанных с оплатой труда в пределах общего 3-х летнего срока исковой давности, предусмотренного ГК.

НПКС № 81-НП от 8.06.2026 г.

Дело № 68: раздел общего имущества и банковская тайна

После некоторого перерыва, вызванного различными обстоятельствами, продолжаю рассказывать о решениях Конституционного Суда (КС).

В этом деле супруга при подготовке иска о разделе общего имущества запросила в банках сведения о счетах бывшего мужа. Банки отказались со ссылкой на банковскую тайну. В судах дело ею было проиграно. Суды также сослались на норму Закона о банках и банковской деятельности, которая предусматривает, кому может быть раскрыта банковская тайна (клиенту, любому третьему лицу на основании согласия владельца счета, кредитному бюро и т.д.). Супруг(а) в этот перечень не входит.

Супруга посчитала что эта норма нарушает целый ряд конституционных положений: о равенстве и запрете дискриминации, собственности, защите брака и семьи, материнства, детства и обратилась в КС.

КС напомнил о равенстве супругов, режиме общей совместной собственности супругов, природе и важности защиты банковской тайны и неприкосновенности частной жизни. Право на неприкосновенность личной жизни и право на банковскую тайну принадлежат любому лицу, в том числе, и каждому из супругов, состоящему в браке. Равенство супругов не предполагает утраты супругом личной автономии и частной жизни, не отменяет режимов конфиденциальности. А предоставление возможности непосредственно получать информацию о банковских вкладах означает умаление неотчуждаемых прав каждого человека на неприкосновенность частной жизни и банковскую тайну исключительно в силу заключения ими брака.

КС также напомнил, что соответствующая банковская информация может быть выдана судам по находящимся в их производстве делам. Таким образом, запрет на разглашение банковской тайны не является абсолютным и при наличии оснований может быть преодолен одним из супругов при защите своих имущественных прав в суде.

НПКС № 77-НП от 18.03.2026 г.

Конституционный суд 2025 год: резонансные дела.

Наиболее резонансными делами (конечно, по личным наблюдениям) в 2025 году были

Дело об изменении национальности: https://t.me/romanlaw/390

Дело о мирных собраниях: https://t.me/romanlaw/380

Дело о продлении срока пресечения содержания под стражей: https://t.me/romanlaw/393

Дело о признаках организованной преступности: https://t.me/romanlaw/391

Дело об азартных играх: https://t.me/romanlaw/384

2025 год: итоги.

Первый пост в этом году посвящен итогам года предыдущего. В 2025 году Конституционный Суд (КС) проработал больше трети отведенного срока. Некоторые цифры.

За год поступило 5.693 обращения. Это больше чем в 2023 и 2024. Большинство из них было возвращено аппаратом КС из-за явного несоответствия требованиям, предъявляемым законом к обращениям в КС. Многие обращения были связаны с вопросами совершенствования законодательства, с несогласием с судебными актами. Часто граждане просили разъяснить нормы законодательства, продолжали жаловаться на сотрудников правоохранительных органов. Но все эти вопросы не входят в компетенцию КС.

КС вынес 95 постановлений об отказе в принятии к конституционному производству (не путать с возвратом – см. предыдущий абзац – который осуществлялся аппаратом КС).

Всего за год с вынесением итогового решения было рассмотрено 16 дел. Из них 15 по обращениям граждан, 1 – по ходатайству Министра юстиции. Дальнейшая информация будет связана только с обращениями граждан.

Из дошедших до конституционного производства больше всего обращений было от жителей Астаны, Алматы, Костанайской, Северо-Казахстанской областей и области Абай.

В конституционном производстве, как и в предыдущие годы, чаще всего оспаривались нормативные правовые акты (НПА) уголовно-правового цикла с очевидным лидерством Уголовно-процессуального кодекса. Вторую позицию вернули себе акты административно-правового цикла. На третье место опустились вопросы гражданско-правового цикла.

В 2025 году – в общем количестве обращений – было гораздо меньше обращений от лиц, осужденных к различным видам уголовных наказаний – как отбывшим, так и отбывающим эти наказания.

Адвокаты и юридические консультанты сопровождали граждан в большинстве конституционных производств.

Чаще всего правовые нормы проверялись на соответствие следующим положениям Конституции

пункт 1 статьи 39

Права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены только законами и лишь в той мере, в какой это необходимо в целях защиты конституционного строя, охраны общественного порядка, прав и свобод человека, здоровья и нравственности населения.

пункт 3 статьи 39

Не допускается ни в какой форме ограничение прав и свобод граждан по политическим мотивам. Ни в каких случаях не подлежат ограничению права и свободы, предусмотренные статьями 11, 13–15, пунктом 1 статьи 16, статьей 17, статьей 19, статьей 22, пунктом 2 статьи 26 Конституции.

пункт 2 статьи 14

Никто не может подвергаться какой-либо дискриминации по мотивам происхождения, социального, должностного и имущественного положения, пола, расы, национальности, языка, отношения к религии, убеждений, места жительства или по любым иным обстоятельствам.

пункт 2 статьи 26

Собственность, в том числе право наследования, гарантируется законом.

Из всех рассмотренных правовых норм 57% были признаны конституционными, 20% – неконституционными. 23% норм суд признал конституционными, но в истолковании КС. Это означает, что в норме есть проблема. Если норму толковать так, как указал КС, она конституционна, если по-другому – то неконституционна.

По вопросам исполнения решений КС был принят специальный закон, которым внесены изменения в различные нормативные правовые акты (13 законов). Кроме того, изменения в законодательство в связи с решениями КС вносились и другими законами. Судебная практика показывает, что благодаря отдельным решениям КС граждане смогли защитить, реализовать или восстановить свои права при рассмотрении дел в судах.

Таковы краткие итоги третьего года работы.

Уважаемые подписчики!

Поздравляю Вас с наступающим Новым годом!!! Пусть он будет комфортным и успешным во всех отношениях.

До встречи на канале в 2026!

Дело № 67: арест имущества и права его собственников

В рамках досудебного расследования следственный судья санкционировал арест на квартиру подозреваемого. Соответствующие нормы Уголовно-процессуального кодекса (УПК) позволяли судье это сделать единолично, без проведения судебного заседания. Но сособственниками квартиры являлись также отец и мать подозреваемого, которые даже не знали об аресте их имущества. Отец посчитал, что нормы УПК нарушают его конституционное право быть выслушанным в суде и обратился в Конституционный Суд (КС).

КС подчеркнул важность права быть выслушанным в суде и отметил, что это право распространяется не только на участников процесса в рамках главного судебного разбирательства, но и на каждое лицо, независимо от процессуального статуса, если принимаемые решения следственного суда затрагивают его права. В том случае, когда заседание не проводится (РП: не является по закону обязательным), то должен присутствовать механизм уведомления заинтересованного лица о принятом судебном акте с тем, чтобы предоставить возможность его обжалования.

Конституционный суд также отметил, что арест имущества существенно затрагивает права собственника и процедура его наложения не должна нарушать право на справедливое судебное разбирательство, включая право быть выслушанным в суде и право обжаловать судебный акт.

Кроме того, наложение ареста имеет свою цель – обеспечение исполнения будущего приговора в части имущественных вопросов. Если сособственник никак не связан с противоправной деятельностью, то нет оснований накладывать такой арест.

В итоге нормы УПК признаны соответствующими Конституции в данном КС истолковании, а именно

оспариваемые нормы допускают возможность наложения ареста на имущество исключительно с целью обеспечения приговора в части гражданского иска, других имущественных взысканий или возможной конфискации имущества

наличие сведений о принадлежности имущества на праве общей собственности лицу, которое не признано подозреваемым (обвиняемым) является основанием для исследования вопроса о наложении ареста на такое имущество в судебном заседании с предоставлением сособственнику возможности изложить свою позицию суду.

НПКС № 76-НП от 4.12.2025 г.

Дело № 66: запрет поступления на правоохранительную службу

Гражданин был привлечен к административной ответственности за управление транспортным средством в состоянии алкогольного опьянения. Он также был уволен с правоохранительной службы по отрицательным мотивам. По Закону о правоохранительной службе такие лица (уволенные по отрицательным мотивам) не могут быть приняты на правоохранительную службу вновь.

Гражданин посчитал, что подобный запрет нарушает его конституционное право на равный доступ к государственной службе, дискриминирует его и обратился в Конституционный Суд (КС).

КС отметил, что он не раз указывал на конституционность этических требований к государственным служащим и на право государства устанавливать повышенные требования к их репутации. В данном деле речь шла о правоохранительной службе, специфика которой (частое применение принудительных мер, ограничение прав и свобод граждан и др.) обуславливает повышенные критерии отбора кандидатов на службу. Целый ряд нормативных правовых актов предписывает сотрудникам правоохранительных органов соблюдать этические правила, не дискредитировать государственную власть и сам правоохранительный орган.

С учетом повышенных требований к поведению сотрудника на службе и в быту каждое лицо, проходившее ранее правоохранительную службу, должно осознавать серьезность правовых последствий совершения им проступка, дискредитирующего правоохранительный орган.

КС посчитал, что дифференцированное законодательное регулирование условий поступления на разные виды государственной службы не может считаться дискриминацией если оно имеет объективное и разумное обоснование. Законодатель вправе предъявлять к кандидатам из числа бывших сотрудников, вновь поступающих на правоохранительную службу, повышенные требования, основанные на объективных признаках и связанные со спецификой службы, которые призваны обеспечить кадровую чистоту правоохранительных органов и укрепить общественное доверие к данным органам.

В этой связи Конституционный Суд не усмотрел противоречия рассматриваемой нормы конституционным положениям в части недопустимости поступления на правоохранительную службу граждан, ранее уволенных по отрицательным мотивам за совершение проступков, дискредитирующих правоохранительный орган. Норма была признана соответствующей Конституции.

НПКС № 75-НП от 25.08.2025 г.

Дело № 65: снова о сроке содержания под стражей

Гражданка находится под стражей в связи с совершением преступления. После завершения досудебного расследования она отказалась от ознакомления с материалами уголовного дела, но оставалась под стражей пока другие участники уголовного процесса, включая защитника, знакомились с материалами дела.

В соответствии с положениями Уголовно-процессуального кодекса (УПК), нахождение самого подозреваемого под стражей (которое санкционируется и продлевается следственным судьей) в период ознакомления его и защитника с материалами уголовного дела не входит в срок содержания под стражей, но учитывается судом при назначении наказания. Для других участников уголовного процесса предельных сроков такого ознакомления также не установлено. И пока они знакомятся, лицо остается под стражей.

Гражданка посчитала, что такой подход нарушает ее конституционные права и обратилась в Конституционный Суд (КС).

КС указал, что согласно одной из норм УПК подозреваемый и защитник не могут ограничиваться во времени, необходимом им для ознакомления с материалами дела. Если есть признаки затягивания - устанавливается график ознакомления с конкретным сроком. Действительно, может присутствовать несогласованность в действиях защитника и подозреваемого в вопросах ознакомления, но такая несогласованность не является основанием для признания нормы неконституционной.

Вместе с тем КС указал, что требуется корректировка правоприменительной практики, в том числе путем выяснения мнения содержащегося под стражей подозреваемого при составлении органом досудебного расследования графика ознакомления с материалами дела участников уголовного процесса, включая защитника подозреваемого.

КС также отметил непроработанность норм УПК в части сроков ознакомления различных участников производства с делом и оказания юридической помощи при наличии разногласий между адвокатом и подозреваемым.

В итоге норма была признана соответствующей Конституции, но Правительству рекомендовано рассмотреть вопрос о совершенствовании УПК.

НПКС № 74-НП от 18.07.2025 г.

Дело № 64: срок содержания под стражей

Следственный судья санкционировал содержание под стражей. Позднее срок содержания был продлен. Дело поступило в суд. В соответствии с нормой Уголовно-процессуального кодекса (УПК) в редакции, действовавшей до решения Конституционного Суда (КС), судья, принимая дело к производству, одновременно обязан рассмотреть вопрос об обоснованности применения или неприменения к обвиняемому меры пресечения и обоснованности или необоснованности ее вида, если мера пресечения избрана, продлить срок применения меры пресечения, если он к этому моменту истек. Суд так и поступил – продлил срок содержания под стражей до рассмотрения дела по существу.

Гражданин посчитал, что указанная норма УПК в нарушение Конституции допускает возможность содержания под стражей после истечения установленного судом срока. Иными словами, если срок содержания под стражей истек – нельзя держать человека под стражей и ждать пока другой суд продлит эту меру.

КС отметил, что любое продление срока содержания под стражей (наиболее строгое ограничение прав человека) должно быть подтверждено судом. Законодательные нормы не должны приводить к ситуации, при которой подозреваемый (обвиняемый, подсудимый) содержится под стражей сверх срока, установленного в судебном решении, что нарушает его право на личную свободу. В законе предусмотрены механизмы, которые не позволяют находиться под стражей без судебного решения: за определенное время до истечения срока соответствующие должностные лица представляют ходатайства прокурору, а затем в суд.

Оспариваемая норма допускает такую интерпретацию, что суд принимает безальтернативное решение: продлить срок содержания под стражей, если он уже истек. На практике это может привести к ситуации, когда человек будет находиться под стражей без судебного акта с момента истечения срока содержания до принятия нового решения суда о продлении срока. Норма, позволяющая содержание под стражей без судебного решения даже в короткий промежуток времени, противоречит Конституции и международным обязательствам Республики.

В итоге норма была признана не соответствующей Конституции, в той части которая позволяет суду продлить срок применения меры пресечения, если срок к этому моменту истек.

НПКС № 73-НП от 18.07.2025 г.

Дело № 63: признаки организованной преступности и уголовная ответственность

Гражданин был привлечен к уголовной ответственности не просто за уклонение от уплаты налогов, а за уклонение в составе преступной группы, а также за создание такой группы и руководство ею.

При этом в соответствии с одним из Нормативных постановлений Верховного Суда (НПВС) признаками преступной группы являются: наличие руководителя (руководителей) и подчиненность ему (им) других членов, осознание другими участниками своего членства в ней, наличие определенной иерархии и общих материальных и финансовых средств, соблюдение установленных в преступной группе правил (дисциплины) и т.п.

Под руководством преступной группой понимается принятие решений, связанных как с планированием, материальным обеспечением и организацией преступной деятельности, так и с подготовкой и совершением конкретных уголовных правонарушений. То есть признаки преступной группы во-многом совпадают с признаками, характеризующими любую организацию (конечно, если не принимать во внимание преступный умысел).

Гражданин, обращаясь в Конституционный Суд (КС), посчитал, что положения Уголовного кодекса (УК) и НПВС сформулированы нечетко. допускают неоднозначное толкование, что может повлечь нарушение конституционных прав. Так в его случае ему вменили деятельность в составе организованной преступной группы. Хотя, он совершая экономическое преступление, выполнял действия, характерные для любого руководителя. Выполнял пусть и с нарушением, но никак не в рамках организованной преступности.

КС указал, что положения об уплате налогов в составе преступной группы не противоречит Конституции, поскольку могут присутствовать сложные формы соучастия и сговора при совершении такого правонарушения. Такой же вывод сделан в отношении статьи об ответственности за создание организованной группы или преступной организации, а равно руководство ими. Но эта мера направлена исключительно на пресечение организованной преступности.

Что касается разъяснений в НПВС, КС отметил, что указанные в нем признаки (членство, иерархия, соблюдение правил и др.) создают риски такой правоприменительной практики, при которой руководители и работники коммерческих организаций при отсутствии преступного умысла, преступных мотива и цели могут быть привлечены к уголовной ответственности не только за совершение экономических уголовных правонарушений, но и за создание преступной группы, руководство ею или участие в ней.

Эти признаки частично совпадают с характеристиками, присущими многим коммерческим структурам: иерархичность, подчиненность, распределение функций, наличие системы управления и стремление к прибыли. Подобное сходство формальных структурных признаков может приводить к необоснованному расширительному толкованию состава преступления (связанного с организованной преступностью) и нарушению права на свободу предпринимательской деятельности.

КС также отметил, что такие признаки как наличие иерархии, устойчивости и разделения функций не образуют сами по себе состава преступления без прямого доказательства преступного умысла и согласованной противоправной деятельности, а уголовное преследование за действия в составе преступной группы может быть оправдано только при наличии доказательств использования коммерческой структуры в качестве инструмента преступной деятельности, а не при допущении ошибок или нарушении налоговых норм.

В итоге все оспариваемые нормы были признаны соответствующими Конституции, но Правительству и Верховному Суду были даны рекомендации по совершенствованию уголовного законодательства (Правительство) и обобщению судебной практики с целью определения четких критериев разграничения деятельности руководителей и работников коммерческих организаций, осуществляющих законный вид деятельности, и противоправной деятельности преступных групп (Верховный Суд).

НПКС № 72-НП от 25.06.2025.

Дело № 62: как определять и указывать национальность

В соответствии с одной из статей Кодекса о браке (супружестве) и семье (КоБС) национальность ребенка определяется национальностью родителей и может быть изменена только на национальность одного из них. Как правило, изначально национальность родителей фиксируется в актовой записи о рождении и в свидетельстве о рождении.

Опекун на основании косвенных данных хотела внести дополнение в актовую запись о рождении подопечного (а именно, указать национальность его матери) с тем, чтобы в дальнейшем можно было определить национальность ребенка. Государственный орган отказался это сделать. Дело в том, что мать ребенка умерла и, более того, при жизни не была документирована. Об отце также не было никаких сведений. Тогда гражданка обратилась в суд с просьбой установить факт национальной принадлежности ребенка. Суд, применив указанную статью КоБС, в этом отказал, сославшись на то, что отсутствуют достоверные данные о национальности матери ребенка.

Опекун, действующая в интересах несовершеннолетнего, посчитала, что норма КоБС противоречит Конституции, в которой сказано, что каждый вправе определять и указывать или не указывать свою национальную принадлежность и обратилась в Конституционный Суд (КС).

КС указал, что определение национальности – это результат самоидентификации человека, на которой могут сказываться различные факторы: семейные и родственные связи, среда, в которой воспитывался человек, пребывание его в конкретном социокультурном окружении и другие.

Каждый вправе связывать свой выбор с этнической принадлежностью родителей и КС отметил, что такой выбор является доминирующим критерием. Но оспариваемая статья КоБС не учитывает различные жизненные ситуации, когда, к примеру, определение национальности по родителям невозможно: неизвестна их личность, отсутствуют сведения о национальности родителей. Ребенок также может передаваться на воспитание в семью или воспитываться в организации для детей-сирот и желает принять национальность, отличающуюся от национальности родителей.

Национальность может быть утрачена в силу различных исторических причин и т.д. Такие ситуации по мнению КС должны, наряду с национальностью родителей, приниматься во внимание при решении вопросов, связанных с национальностью. Поэтому в конкретных случаях могут учитываться не только национальность родителей, но и дедушек, бабушек и других близких родственников, лиц, фактически воспитывающих ребенка, а также иные объективные и достоверные доказательства национальной принадлежности.

Конституционный Суд также специально указал, что в тех случаях, когда национальность по желанию лица указывается в документах, удостоверяющих личность или в недискриминационном смысле влияет на предоставление прав, льгот или может иметь какое-либо другое правовое значение для человека, такая идентификация не должна основываться на одном только желании человека, его субъективных предпочтениях принадлежать к определенной национальности. В связи с этим государство может проверять сведения, представленные лицами при указании национальности.

При этом объективно подтверждаемые доказательства могут быть не только в рамках родственных отношений (с учетом различной степени родства) или содержаться в соответствующих документах, но и находиться в плоскости сопричастности к определенной культуре, общности языка, традиций, религии, образа жизни.

Итогом рассмотрения самого долгого дела стало признание не соответствующей Конституции оспариваемой статьи КоБС в части, не предусматривающей иные способы определения и изменения национальности ребенка в случаях, когда родители неизвестны или не представляется возможным установить их национальность, а также при других жизненных ситуациях, затрагивающих законные интересы гражданина.

НПКС № 70-НП от 16.04.2025

Дело № 61: приоритеты при предоставлении земельного участка

В соответствии с одной из норм Земельного кодекса (ЗК), когда проводится конкурс по предоставлению права аренды земельного участка для введения крестьянского или фермерского хозяйства, сельхозпроизводства лицам, постоянно проживающим в районе, городе, селе не менее 5 лет предоставляется преимущество в виде дополнительных балов.

Гражданин ранее проживавший на территории, где расположен земельный участок, но переехавший в другой город, проиграл в конкурсе как раз из-за этих баллов.

Он подал иск в суд, пытаясь оспорить решение земельной комиссии, но также проиграл. Тогда он обратился в Конституционный Суд, посчитав что норма ЗК дискриминационна, ограничивает его право на свободу передвижения и свободу предпринимательской деятельности.

КС напомнил, что о дискриминации можно вести речь тогда, когда различия в законах не имеют объективного и разумного обоснования. В данной ситуации крестьянское или фермерское хозяйство непосредственно связано с личным трудовым участием, наличием специальных знаний и практического опыта в сельском хозяйстве. Следует также учитывать вопросы стимулирования занятости проживающих в определенной местности лиц. Кроме того, факт проживания не является единственным критерием для земельной комиссии.

Принимается во внимание также обязательства о прогнозном объеме инвестиций - критерий, который является более решающим при подведении итогов конкурса. При таких условиях КС не усмотрел признаков дискриминации, равно как нарушения права на свободу передвижения и на свободу предпринимательской деятельности.

Норма была признана соответствующей Конституции.

НПКС № 69-НП от 16.04.2025

Дело № 60: пенсионный аннуитет

Лицо (страхователь) заключило со страховой компанией договор пенсионного аннуитета по которому получало ежемесячные страховые выплаты еще до достижения пенсионного возраста, но через 2 года умерло. Указанные выплаты стали также ежемесячно поступать наследникам. Однако, они захотели получать деньги не ежемесячно, а забрать всю сумму, которая осталась от переведенной 2 года назад умершим лицом суммы из единого накопительного пенсионного фонда (ЕНПФ) в страховую компанию.

Наследники считали, что данная сумма должна перейти к ним по наследству. По их мнению, пенсионные накопления формируются из дохода в период совместного брака. Заработная плата, из которой отчисляются взносы в пенсионный фонд, является общей совместной собственностью супругов. Иными словами, они полагали, что это деньги наследников. А статья Гражданского кодекса (ГК) говорит о том, что полученные страховой компанией деньги (страховая премия) принадлежат ей на праве собственности. Наследники не были согласны с таким подходом и обратились в Конституционный Суд (КС) с тем, чтобы признать норму ГК неконституционной.

КС напомнил о ключевых положениях, касающихся права собственности, права наследования и страхования. В частности, что после передачи денег страховой компании у нее возникает доход и обязательство осуществлять страховые выплаты. Все это оформляется договором, то есть лицо добровольно соглашается на такие условия. В контексте договора рассматриваются обязательства сторон, а не право наследования имущества, которое принадлежит физическому лицу. Лицо еще при жизни распорядилось передать деньги страховой компании, а в случае его смерти - осуществлять ежемесячные выплаты другому лицу и эти деньги не могут быть включены в наследственную массу.

Пенсионный аннуитет стимулирует граждан получать выплаты до достижения пенсионного возраста, причем пожизненно. Но, как и при любом другом виде страхования, присутствуют взаимные риски, которые граждане должны осознавать. КС отметил, что анализ правоприменительной практики свидетельствует, что граждане не во всех случаях осведомлены о том, что переведенные из ЕНПФ в страховую компанию пенсионные накопления не подлежат наследованию единовременно в отличие от пенсионных накоплений, находящихся в ЕНПФ.

Норма ГК была признана конституционной, но КС обозначил целый ряд моментов, требующих внимания законодателя.

НПКС № 68-НП от 27.02.2025

Дело № 59: разрешение на миссионерскую деятельность

Гражданин был оштрафован за занятие миссионерской деятельностью (беседы на религиозные темы) без регистрации. Регистрация требуется по закону о религиозной деятельности. После проигранных судов гражданин обратился в Конституционный Суд (КС), посчитав, что требованием об обязательной регистрации миссионеров нарушается несколько конституционных норм, в том числе: о праве на свободу совести, праве на свободу слова, о равенстве и недискриминации.

КС отметил, что права и свободы человека не могут рассматриваться в отрыве от интересов и целей общества и обязанностей членов этого общества. Наличие у человека прав (читай - на распространение религиозной информации) не исключает обязанностей по уважению интересов других лиц, ценностей и интересов общества и государства. Соблюдение обязанностей человека не тождественно ограничению его прав и свобод государством.

По мнению КС обязательная регистрация миссионеров является одной из мер для защиты конституционного строя, охраны общественного порядка, прав и свобод человека, здоровья и нравственности населения, исключения подрыва безопасности государства, пропаганды войны и различного рода превосходства, культа жестокости и насилия. Такая регистрация не противоречит свободе совести, а создает условия для ее реализации.

По итогам рассмотрения дела (персонально для меня - очень тяжелого) норма была признана конституционной.

НПКС № 67-НП от 26.02.2025

Дело № 58: трудовой стаж для ухаживающих за детьми

В Социальном кодексе есть норма о том, что при исчислении трудового стажа для назначения пенсионных выплат по возрасту засчитывается время ухода неработающей матери за малолетними детьми.

В Конституционный Суд (КС) обратился гражданин, который посчитал, что данная норма дискриминирует неработающих отцов, которые также могут в силу разных обстоятельств ухаживать за ребенком.

КС напомнил о важности ухода за малолетними детьми и о том, что есть определенные принципы в брачно-семейных отношениях, в частности, равенство прав супругов в семье, разрешение внутрисемейных вопросов по их взаимному согласию. Или о том, что трудовое законодательство закрепляет за работодателем обязанность предоставления отпуска по уходу за ребенком до достижения им возраста трех лет по выбору самих родителей – матери либо отцу ребенка.

КС посчитал, что подход, в соответствии с которым при исчислении трудового стажа для назначения пенсионных выплат по возрасту засчитывается время ухода за малолетним ребенком только неработающей матери не имеет разумного обоснования.

В итоге норма была признана конституционной, но в следующем истолковании: неработающему родителю при исчислении трудового стажа для назначения пенсионных выплат по возрасту засчитывается время осуществления непосредственного ухода за малолетними детьми. То есть засчитывается стаж неработающего родителя, каковым может быть и мать, и отец.

НПКС № 66-НП от 7.02.2025